Приемы делопроизводственной работы служащих посольского приказа начала XVII века PDF Print E-mail
Богдановы в истории - Богдановы в древности

приказные люди за работойЛисейцев Д.В.

При составлении наказа посланникам в Посольском приказе могли использовать тексты других наказов, составленных незадолго до этого. Об этом свидетельствуют сохранившиеся в столбцах описки и исправления. Так, наказе русским посланникам князю И.Борятинскому и дьяку Г.Богданову, отправившимся в 1613 г. в Данию, было записано: «И... говорити: великий государь наш, ...памятуючи прежних великих государей аглинских королей...» (слово «аглинских» в столбце было зачеркнуто, вместо него записали «датцких»)[38].

Аналогичные исправления в том же деле встречаются и ниже: «А будет цесаревы думные люди учнут Степана... спрашивати...» («цесаревы» исправлено на «датцкого короля», имя посланника в Империю Степана Ушакова осталось неисправленным)[39]; «И Степану и Семому говорити...» («Степану» исправлено на «князю Ивану», «Семому» (Семой Заборовский — дьяк в посольстве в Империю) — на «дьяку»)[40]; «А будет цесаревы люди учнут говорити...» (в данном случае текст не был исправлен)[41]; «И Олексею Ивановичу и дьяку Олексею...» (здесь имена посланников в Англию исправлены на имена дипломатов, отправленных в Данию)[42]. Как видно, при составлении наказа посольству в Данию в качестве источника служащие Посольского приказа использовали наказы миссиям, направленным в Англию и Империю. Подобный прием представляется вполне оправданным, поскольку все три посольства (в Империю, Англию и Данию) были отправлены в 1613 г. практически одновременно, и перед русскими посланниками стояли одинаковые задачи — извещение о воцарении Михаила Федоровича и поиск союзников для борьбы с Польшей и Швецией. В данном случае руководство Посольского приказа сочло возможным при составлении наказа посольству в Данию использовать в качестве основы наказы миссиям в Империю и Англию. Подобные приемы делопроизводства использовались в Посольском приказе достаточно широко. Так, например, в наказе приставам, сопровождавшим в 1618 г. в Москву шведское посольство, было записано, что шведские дипломаты могут поинтересоваться отношениями русского царя со шведским королем. Подобный вопрос из уст шведских послов звучал бы нелепо, и в черновике наказа он был вымаран[43]. Тем не менее, этот пример позволяет предположить, что наказ приставу при шведских дипломатах переписывался с наказа какому-либо другому лицу, сопровождавшему иную миссию.

Наконец, можно предположить, что при составлении посольских наказов составитель не всегда обращался для проверки информации к хранящимся в архиве делам — иногда он полагался на свою память, что иногда приводило к некоторым неточностям. По всей видимости, так произошло при составлении наказа для посольства Г.К.Волконского в Крым летом 1614 г. На возможный вопрос об отношениях Московского государства с другими державами посланник должен был отвечать перечислением миссий, отправленных из Москвы в 1613-1614 гг. При этом была допущена ошибка: составитель наказа написал, что в Англию с посланником отправился дьяк Г.Богданов, а в Данию — дьяк А.Витовтов[55]. На самом же деле Богданов выехал в Данию, а Витовтов, наоборот, в Англию. Вследствие этого мы можем предположить, что данный фрагмент наказа составлялся без обращения к справочному материалу.

Посольский приказ (с рисунка Эрика Пальмквиста)После составления чернового варианта наказа он подвергался правке, переписывался начисто и вручался посланникам. В большинстве случаев, в составе имеющихся в наличии в настоящий момент дел сохранились лишь черновые варианты наказов, включавшиеся в столбец и хранившиеся в Посольском приказе. «Чистый» наказ, отправлявшийся за рубеж с посланниками, является редкостью в посольских делах начала XVII в. Однако в нашем распоряжении имеются два варианта наказа («черный» и «чистый») посольству, отправленному в 1614 г. в Крым. Оба наказа сохранились в рамках одного дела. Наличие двух вариантов наказа одному посольству открывает перед нами возможность сопоставить их и сделать на базе этого некоторые выводы о характере делопроизводственной работы служащих Посольского приказа при подготовке заграничных миссий. Текстологическое сравнение чернового и окончательного вариантов выявляет факт составления «чистого» наказа на основе «чернового» с учетом произведенной правки. Так, в «черном» наказе злодеяния Ивана Заруцкого описаны следующим образом: «И тот вор, ещо не насытяся крови человеческие, побежала великого государя нашего исконивечную отчину в Асторохань. И астороханские всякиеб людив, ведая тогог ведомого вора Ивашка Зарутцкого в Московском государстве смуту, служа великому государю нашему, в Астарахань его пустили, а впустя ево в Астарахань,

Достаточно быстро составлялись посольские наказы и позднее. 13 июля 1618 г. на Дон был отправлен встречать турецкого посланника дворянин Ю.Богданов. Кроме прочего, Богданову было наказано говорить с донскими казаками. Однако, вскоре после отъезда Ю.Богданова, в Посольском приказе было получено известие о пленении российского посольства С.Хрущова в Крым запорожскими казаками. Дипломатическое ведомство быстро отреагировало на эту новость: уже 21 июля 1618 г. вслед Богданову был отправлен толмач Посольского приказа Д.Аминев с царской грамотой и новым наказом: «А наказ государев к Юрью послан с Данилком же против прежнево ж, каков ему дан был на Москве июля в 13 день, только в том в новом наказе приправлено про крымских послов про Степана Хрущова, что их поймали черкасы, и Ливны и Елец взяли, да велено на Дону просить ратных людей 5000 человек или и больши, или сколько мочно войска послать»[118]. Как видно из этой записи, сразу после получения в приказе информации о походе запорожцев в русские земли, был составлен второй вариант наказа посланнику. Во время русско-польских переговоров на р. Пресне под Москвой, с 22 по 27 октября 1618 г. русские послы успели получить из Посольского приказа один за другим четыре наказа[119]. В ряде случаев дипломатическая документация составлялись заранее. Так, в начале 1618 г. предполагалось начать новый раунд русско-польских мирных переговоров (так и не состоявшихся). Тем не менее, необходимые для переговоров документы были составлены; на полях соответствующего столбца сохранилась помета: «Ещо не писано. Ждать»[120].
Следует однако отметить, что иногда миссии отправлялись за рубеж настолько быстро, что к моменту их отъезда Посольский приказ еще не успевал завершить работу над составлением наказа. Так произошло в 1604 г., когда российское посольство отправилось в Грузию без наказа, который был отправлен с гонцом «за послы в дорогу»; дипломаты получили его уже после того, как покинули Терский городок[121].

Между 1604 и 1614 годами в Посольском приказе была составлена книга по связям Москвы с зарубежным православным духовенством: согласно Описи 1614 года, в ней было записано, сколько милостыни выдавалось в Москве греческим старцам, приезжавшим в Российское государство с 1598 г. по 1604 г. Более точно датировать составление указанной книги не удается; книга была утрачена, вероятно, во время пожара 1626 г., поскольку в Описи 1626 года она не значится.
По связям Московского государства с Данией имеется одна книга, в которой содержатся материалы об отправлении и возвращении из Дании посольства князя И.М.Борятинского и дьяка Г.Богданова (1613-1614 гг.); о приезде в Москву датского посланника Ивервинта и его отпуске; выписка о прежних переговорах по межеванию русско-датской границы в Лапландии; переписка кольских воевод с варгавскими «державцами» (до февраля 1616 г.)[159]. В Описи 1626 года указанная книга описана следующим образом: «Тетрати дацкие: отпуск и приезд в Дацкую землю князя Ивана Борятинского да дьяка Гаврила Богданова 121-го году, с начала тетрати одной нет, а с ысподи шти тетратей нет»[160]. Данная описательная статья позволяет предположить, что к 1626 году в тетради были переписаны лишь материалы, касающиеся русского посольства 1613-1614 гг. Однако в той же описи зафиксированы столбцы, бывшие первоисточниками для нынешней датской книги.

Таким образом, рассмотрение приемов делопроизводственной деятельности служащих Посольского приказа демонстрирует достаточно высокий уровень квалификации персонала этого ведомства. При составлении столбцов и книг приказные служащие начала XVII в. использовали как прежние, проверенные методы работы, так и некоторые новшества в делопроизводственной практике.

Опубл.:  Лисейцев Д.В. Посольский  приказ  в  эпоху  Смуты.  М., 2003. С. 266–312.
Источник: http://opentextnn.ru/history/deloproizvodstvo/?id=1112