МИЛОШЕВСКИЙ КОНКУРС ДЛЯ РУССКИХ ПЕРЕВОДЧИКОВ

Чеслав Милош

Песенка на одной струне

Четыре стихотворения. Перевод:  Андрей В. Богданов

Язык оригинала: польский

 

 

PIOSENKA NA JEDNĄ STRUNĘ

Дар вдохновенья невозвратный…

Не пишется…

в дождливый вечер

стоишь под липами один,

и плачет дождь с тобою вместе,

хороший дождь,

ты невредим -

немного нежности, немного мудрости,

огромный срок,

любовь и ненависть

волною гнилостной

примнут песок,

жизнь — праздник  собственной

неосторожности,

чужая жизнь,

и  голубем взлетает облако

в серую высь

над Вислой серою.

Колышет Висла волну рассветную

неторопливо.

Так почему не хочет он,

чтоб был счастливым

слагатель трудных слов,

писатель сложных книг…

Так в книгах дело -

ну, хорошо спою вот так,

как в детстве

ласточка

напела.

В зеленой дубраве,
Спят три королевича,
Дятел стучит.
Проснутся, отведают
яблок червленых,
Kukułeczka заплачет.

 

 MŁODOŚĆ

Твоя несчастная и глупая молодость.
Твое прибытие из провинции в город.
Запотевшие окна трамваев, отражающие страдания толпы.
Потрясение, когда ты вошел в лавку, которая для тебя слишком дорога.
Слишком.
Где ты ясно увидел свою неопытность,
немодную одежду и неловкость.
И не было никого, кто бы встал рядом с тобой и сказал:

- Ты хороший мальчик,
ты сильный и здоровый,
твои несчастья мнимы.

Они ничто по сравнению со страхами этого брюнета

в пальто из верблюжьей шерсти.

Если б ты знал, как он боится умереть.

Потому что его молодость прошла.

Дом, к которому ты  приближался   с трепетом, Обстановка квартиры ослепляла тебя,
Смотри, на этом месте гора щебня.

Ты думаешь, когда кукла сгорает в огне страстей, это красиво,
Но ты не понимаешь, что  кричит устами паяца.

Он смог бы защитить тебя, удержать,
потом он мог бы  гордиться тобой,

но он не имеет к тебе никакого отношения,

ты — его сон.

Книги, которые он написал, ты не прочтешь,

он нашел кучу ответов на вопросы, которые ты ему не задашь.

Но если ты проведешь с ним хотя бы еще полдня,
он, может быть, все вспомнит, и может быть, обрадуется
белому саду, когда сегодня ночью в столице выпадет первый снег.

 

 BIEDNY CHRZEŚCIJANIN PATRZY NA GHETTO

Теперь здесь после сумасшедшего жара

зачисток устоев мира только песчаная,

словно измельченное сухое дерево,

земля.

И пепел ваших тел.

Крот охранником  медленно скучным туннелем движется
С маленькой красной лампой,

Закрепленной на лбу,

Прикасается к органам погребенных, пересчитывает, толкает их дальше,
Отличая людской пепел по радужным ожогам,

Потому что пепел каждого человека обретает личный цвет радуги,

Поэтому пчелы оставляют красный след,

Муравьи восстанавливают свои дома по контуру моего тела.

Мне страшно

Так же боялся охранник – крот подойти к этому сытому Пилату.

Хорошо, тогда я скажу ему:  я — Жид Нового Завета,

Ожидающий две тысячи лет возвращения Иисуса.
Может, моё разбитое тело удостоится его взгляда,

и он распорядится  занести и мое имя

в вашу Книгу Смерти с пометкой:

Необрезанный.

 

 CZASZKA

Как бы просто картина.
Мария Магдалина, в  полумраке череп,

Свеча догорает.

Какой из ее любовников
Эти сушеных кости, не пробуй угадать.
Возраст одного и другого –

Песок, уснувший в стекле.

Но когда на рассвете она воскликнет — « Равви!»,

ты почувствуешь прикосновение к плечу Его руки,

и ты разделишь ее восторг, потому что

насилие,  любовь, страдания

в садах под темными  окнами -

ничего этого нет.

Есть только этот миг, пусть не отменяющий ничего.

Когда она уже почти на другой стороне.