Андрей В. Богданов
Режиссерская экспликация пьесы
Они, Старик или Понтий Пилат, который…
(Драматический спектакль в 2-х действиях)
Художественный руководитель проекта –
Художник – постановщик –
Художник по костюмам –
Музыкальное оформление спектакля –
Сценография -
Художник по свету -
Ассистент режиссера –
Постановка танцев -
Действующие лица и исполнители:
Старик -
Мария -
Эмпидиус -
Люций -
Йосеф -
Гость -
(Кто ты, для чего ты живешь, почему ты живешь так, а не по другому, кто виноват и что делать, если виноват ты сам… вечные вопросы, на которые каждый отвечает в свое время и по своему… Спектакль на непростом примере библейского сюжета. должен подтолкнуть зрителя к осознанию: еще немного и случится страшное и мы осознаем: поздно задуматься над этими вопросами: мы переступили последнюю черту, и нет возврата… или все-таки есть еще один последний шанс? В сущности, это — метафизическая драма для тех, кто воспринимает жизнь как ответ на вопросы: о смысле жизни, о вере, о любви и предательстве, о добре и зле.
Этим определяется
СЦЕНОГРАФИЯ спектакля:
Пространство сцены перекрывает огромная плита на двух колоннах (мат. плексигласс, подсветка) – то ли это — остатки древнего моста, то ли развалины какой-то футуристической арки, построенной тысячи лет назад где-то там, может в Чистилище, то ли это фрагмент подвала психиатрической больницы, то ли заброшенное строение на задворках старинной усадьбы, отданное из-за ненужности и не приспособленности под что-то важное для репетиций любительского театра. А может быть это фрагменты — деревянный круг и осколки — разбитых гигантских песочных часов – образ остановленного и перетекающего времени. На протяжении спектакля благодаря световым эффектам (свет условно-театральный, локальный, комбинированный) это строение будет неоднократно менять свой вид, цвет — от ярко фосфорицирующего до кроваво-красного — и поэтому актеры будут представляться зрителю: то — как великие грешники, олицетворяющие человеческие пороки – жадность, слабодушие, гордыню, хамство, жестокость, то — как пациенты больницы, участвующие во врачебном эксперименте, то — как актеры, играющие пьесу, то — как актеры, играющие актеров, играющих роли пациентов больницы, которые в свою очередь «играют» танцующих марионеток. Именно танцующие актеры — «песчинки древних часов». и ритм танца (3 музыкальных темы раскрывает мужской вокал) передадут атмосферу спектакля: крайняя степень напряженности – такая постоянная степень сдержанности, когда кажется: через секунду – взрыв…
СОБЫТИЙНЫЙ РЯД:
ИСХОДНОЕ ПРЕДЛАГАЕМОЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВО: Пилат «не доволен» результатом встречи с Иисусом.
ВЕДУЩЕЕ ПРЕДЛАГАЕМОЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВО: Старик хочет создать условия, при которых можно «переиграть» знаменитую встречу.
а). ИСХОДНОЕ СОБЫТИЕ: Старик решает провести эксперимент, чтобы доказать… что те, ради которых и в глазах которых Понтий Пилат был «проклят» недостойны этого…
б). ОСНОВНОЕ СОБЫТИЕ: постановка пьесы, для чего Стариком нанимаются как бы случайные люди, которые в предполагаемых обстоятельствах «должны» повести себя таким образом, чтобы дать возможность Пилату «переспорить»…
в). ЦЕНТРАЛЬНОЕ СОБЫТИЕ: Люций заступается за актеров
г). ФИНАЛЬНОЕ СОБЫТИЕ: убийство Люция
д.). ГЛАВНОЕ СОБЫТИЕ: отказ Старика от эксперимента по причине его полного провала…)
В основе ДРАМАТУРГИЧЕСКОГО КОНФЛИКТА – 12 предположений, 12 «если».
Каждое «если» определяет свой ритм, свой образ, свою завершенную форму, Необычный драматургический эффект возникает в точках их «пересечений»:
1. если Старик – Понтий Пилат
Линия Пилата – метафизическая – его нынешнее существование — ожидание второй встречи с Ним, к ней-то он и готовится. Теперь он ее проведет по — другому, с новыми, им «созданными» персонажами…
2.если Старик – Старик
Линия Старика – психоделическая – он «играет» Пилата, чтобы «дать возможность» Пилату оправдаться, чтобы тем самым оправдать свой личный проступок…
3. если актеры – актеры, если Старик – Понтий Пилат:
линия актеров – мы догадываемся, кто этот Старик, но нам плевать на это — деньги большие и ради этого мы готовы на всё …
4. если актеры – актеры, если Старик – Старик
линия актеров – детективный триллер — кто этот незнакомец, он внушает страх, почему он платит такие деньги, что он потребует взамен…
5.если актеры – приглашенные врачом пациенты, играющие актеров:
еще одна линия – мы участвуем во врачебном эксперименте, но мы не больные, мы просто помогаем лично Марии, потому что она для нас – олицетворение любви…
6. если Мария – Мария-Магдалина
линия божественного – Тот, кого ждет Пилат и не дождется, из любви к Пилату,
к человечеству, посылает ему Люция, которого он признает как предвестника, а Марию…
7. если Мария – Мария, принимаемая Пилатом за Марию-Магдалину
линия человеческая - всё прощающая любовь… прощение, но Прощение, только опять не услышанное…
8. если Мария – Мария, принимаемая Стариком за Марию-Магдалину
линия психоделическая – Старик принимает Марию за ту, кто была причиной его проступка…
9. если Люций – Люций
линия – ребенок, примкнувший к миру взрослых, поверивший в мир взрослых, решивший если он будет всё делать хорошо, лучше – этот мир примет его…
10. если Люций – Люций, принимаемый Пилатом за предвестника долгожданной встречи
11. если Люций – актер, принимаемый Стариком за предвестника долгожданной встречи
12. если Люций – тот, кого так долго ждал Пилат…
(действие происходит за городом, в имении и его окрестностях)
Акт 1
сцена 1
Гаснет свет. Темнота. Медленно до первого громкого такта – музыка вступление – первый громкий такт - включается первый прожектор. В луче — 1-й актер, танцует. Второй прожектор – на второго актера — танцует, третий… Высвечены все, танцуют…
Голоса: стой
на основной сцене – луч прожектора – мечется, находит Марию и Люция, «мечется» — пустая авансцена, зрители, столбы, Люций, Мария.
ГОЛОСА: Мария не выпускай его…
ГОЛОСА: Ушел собака…
Мария «перекрывает» периметром луча бег Люция… Люций «откидывается» на второй периметр луча, пружинит, бьет в периметр луча Марии. Откидывается от своего периметра луча — к лучу Марии… Мария «наезжает»….
Мария: Вот твои приятели половчее… теперь будешь за них за всех отдуваться.
Люций: Ну и буду… тебе то что
…
Мария: Мне ничего…
отвела периметр луча влево к заднику, ударила по лучу Люция
просто, если воруешь надо иметь крепкие ноги и крепкую задницу, которая сможет выдержать и десять, и двадцать ударов, а с твоей …
Мария левой рукой вернула периметр луча на прежнее место
эти идиоты сделают тебя инвалидом На себя периметр луча
Люций отбил свой периметр луча
Люций: Не сделают
Мария: Ну, не сделают, мне спокойнее…
Люций «обнял» свой периметр луча
Люций: Почему это…
Мария: Не буду чувствовать себя виноватой… На себя периметр луча ловили главаря шайки воришек, а поймали доходягу… знаешь, как они разозлятся,… а ты точно доходяга… который с утра ничего не ел… да что там с утра… дня два, а то и три…
«швыряет» периметр луча в Люция
Люций: Нет, я ел.
Мария: Что? дым лепешки…
Люций: Нет, не лепешки…
Мария: Вас что ваш вожак перед охотой не кормит?..
Люций: Не знаю… я с ними только перед городом встретился… попросился… меня с собой взяли…
Мария: Попросился, а поймали бы на площади, забили бы насмерть… отшвырнула периметр луча
Люций: Уж лучше пусть сразу, чем вот так с голоду дохнуть…
Мария: Ой, ну почему сразу же дохнуть… умеете вы на жалость надавить
Люций: Я не давлю…
Мария: Как не давишь-то… давишь.
Люций: Не давлю, веди к стражникам, не бойся я не убегу…
Мария: Не убегу… не убежишь… за рощей там влево…будет дорога, пойдешь… это долго… она упрется в поместье, там хозяин… старик… он, наверное, сумасшедший, но богатый, хочет поставить пьесу, ищет актера, актеров… всяких… из тебя актер, конечно, еще тот… но ты славный… попробуй, может на что-нибудь сгодишься… по крайней мере, тебя накормят… старик добрый.. попадает лучом в Люция
Люций: А-а?
Мария: Иди-иди… иди, я там тоже буду… иди-иди… тебя звать-то как?.. Свет прожектора гаснет.
Темнота.
Сцена 2
Темнота.
Из темноты с середины правого прохода Голос Люция: Люций…
Над авансценой зажигается голая лампочка, она раскачивается.
Эмпидиус, Иона, Йосеф на авансцене впереди и слева от правой колонны, каждый пытается подстроится под колеблющемуся свет, это сложно, они что-то шьют. напряжены, похоже, что после прервавшегося, но не закончившегося спора, (Появление Люция – повод отвлечься, поэтому все постепенно включаются в игру, но недосказанные претензии дают себя знать, Эмпидиус и Иосеф разговаривая о Люции раздражаются, только Иона отстраненно безразличен, он увлечен шитьем).
Эмпидиус бросил тряпки, встал, вглядывается
Эмпидиус: И что?
Голос Люция: Меня зовут Люций…
Свет прожектора резкий – на Люция. Люций прикрыл глаза рукой (на протяжении всей сцены не выходит из круга)
Эмпидиус подошел к первому ряду, поднял руку так, чтобы тень от нее попадала на лицо Люция
Эмпидиус: Ну и что…
Люций делает шаг вперед, луч — за ним. Остановились. Теперь работают только руки
Люций: Она сказала, что я могу подойти вам…
Эмпидиус играет тенью руки на светлом круге, в центре которого лицо Люция
Эмпидиус: Ну, не знаю, он подойдет нам?…
Иона перехватил нить, с усилием тянет, занят, не смотрит
Иона: Хорошенький…
Йосеф отшвыривает тряпки, встает рядом, с Эмпириусом, следит за представлением – Эмпидиус играет тенью руки на светлом круге
Йосеф: Худой какой-то… он наверно больной.
Эмпидиус продолжает играть тенью
Эмпидиус: Почему больной… он здоровый и злой…
Иона с усердием тянет вторую нить, вытянул
Иона: А может просто голодный…
Йосеф поднял тряпки, садится, шьёт
Йосеф: Нет-нет… нам не нужен голодный, зачем нам лишний рот, колется иглой, швыряет тряпки да еще голодный.
Эмпидиус, словно не он только что умиротворенно играл с тенью, хватает тряпки Иосефа, швыряет их на колонну
Эмпидиус: А это ты все сам собираешься делать?.. остановился, развернулся,
поднял руку так, чтобы тень от нее попадала на лицо Люция нам… могут… понадобиться… лишние руки.
Йосеф: «перехватывает» игру светом Руки — это деньги, а у меня нет лишних денег… старик назвал сумму на всех…
Иона: тянет нить, отрешен На каждого это все равно много…
Йосеф: «играет»светом Много не бывает, я знаю, бывает мало, много не бывает… а больше людей – меньше денег.
Эмпидиус, опускает руку подходит к левой колонне, «греет» о колонну руки
Эмпидиус: Ну, денег старик даст больше…
Йосеф «играет»
Йосеф: Больше, конечно больше…
Эмпидиус: Не волнуйтесь, это моя забота, а помощник нам нужен.
Йосеф: Все равно все должен решать старик
Эмпидиус: Он и будет решать…«греет» руки о колонну просто с каждым разом ему будет решать все труднее…
Йосеф: То есть?..
Эмпидиус: Ты что не понял, «играет» со светом от колонны что он ничего не понимает в театре… и пьеса его эта… её ведь не существует…
Йосеф: Так он же ясно сказал он её дописывает… он же читал диалоги…
Эмпидиус: Диалоги… диалоги Софокла – это диалоги… то, что читал старик, это бред… старческий бред.
Йосеф: «играет»А мне плевать… главное, чтобы он платил денежку.
Иона: Не знаю… мне понравилось…рваный стиль… недоговоренность…
Эмпидиус: Перестань… «играет» они всегда так – состарятся, а потом считают, что теперь именно поэтому обладают необыкновенными и очень важными знаниями, которые нужно передать человечеству и пишут, пишут, пишут… а у нашего просто есть деньги, и он хочет устроить себе праздник… живые картинки, и мы ему его устроим, ведь для этого мы ему и нужны, поэтому он нам и заплатит столько, сколько мы сочтем нужным… если конечно, вы мне не помешаете… Люцию ты что умеешь делать?..
Люций: Я не знаю…
Эмпидиус: «играет» А кто знает, Тиберий…
Йосеф: «играет» Гони его в шею… на таком пятачке собирается слишком много неудачников.
Эмпидиус: Я не неудачник.
Йосеф: Да слышали уже… и Матиас, и Нерон… я все время забываю, ты который из них…
Эмпидиус: Идиот, ты помни который из них ты…
Йосеф: Слушай-ка, а кто сказал, что ты можешь придти сюда…
Люций: «выходит» из круга Девушка… женщина…
Иона: Мария?
Люций: «отступает» в круг Я не знаю…
Голос Старика: Пусть остается…. я потом что-нибудь придумаю…
Луч прожектора – от Люция вправо, через зрителей вниз на Старика
Йосеф: О, здравствуйте хозяин…
Эмпидиус: Мир вам…
Иона: Как вы себя чувствуете, сегодня плохой день…
Йосеф: Солнца совсем нет…
Старик: Да не лучший…
Йосеф: Вы наверно знали деньки и похуже….«осторожно» пытается продолжить «игру» со светом
Старик: Похуже?
Эмпидиус: Нынешний день… он… в том смысле, что не самый худший… в принципе мы могли бы начать… только… поддерживает «игру»
Старик: Хорошо… так вчера мы остановились на фразе…
Иона: На фразе, на фразе… введите… да на фразе введите… и простите меня, хозяин, я не хотел вас расстроить…. Это был просто очень смешной случай… мы играли… под Римом…там… очень скучная пьеса…скучно играть, скучно смотреть, но Матиас — любимчик Тиберия… играем… все хотят закончить быстро - быстро Матиас произносит фразу — что делать с этими, показывает на стоящих внизу, но произносит только — что делать с этим, рука еще на уровне чресел, а Октавиан… ведите вниз говорит, от торопливости заикаясь — введите получается… введите…амфитеатр безумствует… это наша актерская жизнь, хозяин…
Старик: Ну да… давайте продолжим…
Эмпидиус: Да вот только…«прекратил» игру, доволен
Иона: А вот еще у меня был случай…хорошо это потом, да?..
Эмпидиус: Мы тут прикинули, хозяин, извините… на самом деле, ведь очень много работы, хозяин… даже вот… выучить еще не готовый текст… это очень сложно, так не делают нигде, не репетируют вот так… актеру дается роль от начала до конца, ведь вы сами знаете, нужно прочувствовать, понять замысел то, что вы предлагаете… мне сложно, а уж… остальным тоже сложно… мы не сможем так работать…
Йосеф: Нет. «заканчивает» игру, с сожалением
Иона: Нет…
Йосеф: Нет.
Иона: Хорошо б, если б…
Старик: Я понял, прощайте.
Йосеф: Что…«закончил» игру
Иона: Как? Я не понял…
Старик: Я попрощался с вами… со всеми.
Иона: Но…
Йосеф: Ты-ы что?..
Эмпидиус: Ничего… он сейчас вернется…
Иона: Он уйдет…
«пустой» круг – «искривленные» тени
Голос Марии: Хозяин, готов обед…
Голос Старика: Хорошо, накормите этих перед дорогой… ужина не будет…
Йосеф: в «пустом» кругу Тты что…
Эмпидиус: А что я… вот ему скажи спасибо…
Мария: «прикрываясь» от света
Вас что выгнали?..
Эмпидиус: в «кругу» Божественная, выходит так, что мы будем лишены возможности лицезреть…
Мария: Или вы переезжаете…
Йосеф: в «кругу» Переезжаем, перелетаем, получив хороший пинок от старикана…
Эмпидиус: Кто б мог подумать…
Йосеф: Уж явно не ты, умник…
Эмпидиус: вышел из «круга» Мария, ты должна нас спасти, ты должна сказать — мы погорячились…
Йосеф: Я не горячился. вышел из «круга»
Эмпидиус: И мы, и он… что мы хотели просто посоветоваться… ну, действительно сложно… есть правила, законы сцены…действительно и денег мало…
Йосеф: И роли непонятны…
Иона: Пусть объяснит…
Йосеф: Пусть будет немного больше…
Эмпидиус: Мы готовы пусть будет не совсем понятно.
Иона: А почему не понятно, мне понятно…
Эмпидиус: Идиот, если понятно, не заплатит больше…
Йосеф: Он может и идиот… только благодаря тебе, неидиоту, старик нам вообще не заплатит…
Мария: Хорошо, я скажу ему…а что вы так все переполошились, он что пообещал вам большие деньги…
Эмпидиус: Да нет (…)
Йосеф: Сколько, сколько… и ты… да я тебя…
Эмпидиус: А что ты хочешь сказать, что…
Йосеф: Да я его…
Иона: Постой-постой…
Мария: Странно это все…о, разбойничек как у тебя дела…
Йосеф: Взял он его… теперь – то, конечно, тоже выкинет…
Мария: Посмотрим… убирает «луч» от Люция а сейчас идите обедать… обедать же он вам не запретил… Темнота
сцена 3
Эмпидиус, Мария.
Эмпидиус: «включает «луч» так, чтобы его край слегка касался Марии Он что сам собирается играть?
Мария: отодвигается Почему бы тебе самому об этом не спросить…
Эмпидиус: Я не знаю… напугал он меня, что ли… тебе спасибо от всей нашей шатии-братии… почему от всех, потому что уверен, никто из них не сообразит поблагодарить тебя… да разве они знают, как за это надо благодарить…
Мария: Они привыкли, чтобы благодарили их… они же артисты…
Эмпидиус: Какие артисты… играет с «лучом» фокусники… знаешь, как противно участвовать в этом балагане…если б не деньги…
Мария: Но ведь и деньги не малые…
Эмпидиус: Аа… вся проблема в том, что здесь меня никто не знает…
Мария: Мне кажется… ты хорошо играешь…
Эмпидиус: Нет, я знаю, знаю,… но хорошо играть должны как минимум двое, а тут…
Мария: И старик к тебе прислушивается…
Эмпидиус: Да?.. спасибо… играет с «лучом»
Мария: А позавчера ты его разозлил… зря ты не учишь его пьесу…
Эмпидиус: Пьесу… вошел в «луч» какие актеры, такая и пьеса… мы поставим пьесу! — кого он пытается надуть… я знаю наизусть пьесы Аристофана, Софокла … вот этот его косноязычный вздор я перескажу… весь!.. в два счета своими словами… словами высокого искусства, словами, которые он … не то, что никогда не напишет, да он не слышал их никогда…
Мария: Мне все-таки кажется, зря ты его так злишь.
Эмпидиус: Конечно, это же его пьеса… Вот, пожалуйста,- я разрушу этот город…конечно, Карфаген будет разрушен, первую пуническую войну мы выиграем…легко быть мудрым задним умом, а искусство — это прорыв в будущее, это предсказание…
Мария: Они разрушили Иерусалим…
Эмпидиус: Откуда я знаю… что можно знать в этой провинции… сюда наверняка даже не ссылают… откуда им знать, что в империи есть еще такие дыры… а с твоим стариканом мы еще намучаемся, помяни мое слово, он еще сам полезет на сцену и будет учить как нужно играть… всех нас…
ГОНГ.
Эмпидиус: Все сейчас заявятся… и последним он… вышел из «луча»
Мария: Ты все-таки с ним поосторожней… он, конечно, сумасшедший… но он ввел штрафы за опоздания…
Эмпидиус: Знаю…
Мария: И не только за опоздания и не только штрафы… ты должен будешь там подписать
Эмпидиус: А…Иона что-то там… просил, я подписал…. играет с «лучом», «луч» поочередно «высвечивает» ИонУ,СТАРИКА ЙосефА, исайЮ
Мария: Они все здесь, господин…
Иона: Мы все здесь, господин…
Старик: Хорошо…но будет лучше, если вы все будете приходить сюда раньше меня… я распоряжусь, чтобы гонга было два.
Эмпидиус: Лучше три, господин… пододвигает «луч»
Старик: Три… ну, как ты… здоров?
Эмпидиус: Я?.. здоров, а что?..
Старик: Ничего, Иона сказал вчера - ты болен, поэтому…
Эмпидиус: Я? Ну да поэтому сейчас не болен, сейчас здоров. играет с «лучом»
Старик: Тогда будем начинать…
Эмпидиус: Да.
Йосеф: Да…
Иона: Да, все готовы…
Старик: Я бы хотел, чтобы мы управились до обеда
Эмпидиус: Хорошо…
Старик: Мы остановились на твоей фразе… теперь ты…
Эмпидиус: А что я должен говорить…
Старик: По роли.
Эмпидиус: А… по роли… «незаметно» играет с «лучом» то, что я должен говорить по роли…так говорят иногда… среди актеров… по роли… похоже, конечно, на пороли, но речь идет не о порке, речь идет о роли… мы же здесь представляем какие-то роли, да…я вот только единственно не совсем понимаю… у меня-то какая роль…может быть я — злодей, может быть я – герой, а может быть я — хор… я смотрю, я не понимаю… входит в «луч» разум для установления своего царства нуждается в искре безумия… бред… но ведь если я обличаю безумца – разум… нуждается …в искре… безумия, но если я безумец то — нуждается в искре безумия!
Иона: Браво… браво…
Йосеф: Браво!
Старик: Безумия, почему ты решил, что безумия?
Эмпидиус: Но ведь произнести это может только безумец… а я … разве я безумен…ннет, безумно талантлив
Йосеф: Безумен.
Иона: Безумен.
Эмпидиус: Нет, я — просто аабычный человек…. Раскланивается в «луче»
Старик: С чего ты решил, что ты обычный человек, с чего вы решили, что вы обычные люди…
Эмпидиус: Как с чего?..
Старик: С чего?..
Эмпидиус: Ах, ну да… откидывает «луч» мы же актеры, и если вы скажете, что актеры не есть обычные люди, тогда – да… даже больше… если предположить, что многие из нас талантливы, а значит, отмечены богами…вы ведь не случайно пригласили именно нас…
Старик: Не случайно.
Эмпидиус: А не своих солдат.
Старик: Солдат?
Эмпидиус: Воот… я угадал… да вы же военный, полководец и наверно удачливый.
Старик: С чего ты это взял…
Эмпидиус: Вы любите командовать, ведь любите, а главное очень удивляетесь, когда команды не выполняются, но вы забыли… мы – не солдаты и никогда ими не будем…так что … давайте ваши роли, мы будем играть.
Старик: Она у тебя в руках
Эмпидиус: Что?
Старик: Роль.
Эмпидиус: Сщас… вступает в «луч» тут мелко… мелко… сейчас
Старик: Я не понял, ты, что… не готов?
Эмпидиус: Не готов…. Почему не готов… готов.
Старик: Не готов…
Эмпидиус: Не то, чтобы не готов… ну да, скорее не готов…
Старик: Хорошо… тогда до завтра… завтра, я думаю, ты будешь готов.
Эмпидиус: Я думаю раньше, но давайте до завтра…
Старик: Вы двое… он лишен обеда и … десять палок…
Эмпидиус: Что?
Старик: Десять.
Эмпидиус: Каких палок?
Старик: Вчера вы могли выбрать — либо штраф, либо палки… вы выбрали палки…
Эмпидиус: Но это же … шутка, да.
Старик: Шутка?..
Эмпидиус: Палки - шутка?
Старик: Тогда штраф…
Йосеф: Палки, мы выбирали палки…
Иона: Договор… ты подписывал…
Эмпидиус: Подписывал?
Йосеф: Подписывал.
Старик: Один раз я могу внести изменения.
Йосеф: вступает в «луч» Палки… мы выбрали палки.
Старик: Хорошо… идите…
сцена 4
На полу сцены круг луча, он «сжимается-разжимается»
Эмпидиус, Иона, Йосеф, исайя
Эмпидиус: Как я должен всё это понимать…
Йосеф: лежит, «собирает» круг Так и понимай…
Эмпидиус: Ты хоть понял, что он сумасшедший?
Йосеф: Он платит деньги, на остальное мне плевать…
Иона: Так значит… это не игра… так все-таки значит… тебя били….
Эмпидиус: Какое это имеет значение… он сумасшедший, он маньяк…
Йосеф: Но деньги, «собирает» круг которые он платит, хорошие деньги, и я их получу любой ценой.
Эмпидиус: Да уж, любой…
Йосеф: Любой… да, и учти… твои палки — это не цена… ты их получил, потому что строил из себя неизвестно что…
Эмпидиус: Я актер.
Йосеф: Знаем, знаем, слышали… я, между прочим, тоже актер.
Эмпидиус: Ну-ну…
Иона: «встает» в круг, тот «расширяется» Мы можем уйти…
Йосеф: Можете… да поймите вы… «следит» за периметром круга мы в нем заинтересованы… и он в нас заинтересован, я не знаю причину, но она есть… и ему нужно, чтобы мы его услышали, ему нужно, чтобы мы его слушались…
Эмпидиус: Я говорю точно: он — солдафон… возомнил себя автором… если такой необыкновенный, пусть ставит в Риме…
Йосеф: Ну и поставит… только я ему в Риме не нужен… и значит, что он деньги мне не заплатит.
Эмпидиус: Да в Риме он никому не нужен…
Йосеф: Мне нужны деньги, я их получу, и я сыграю то, что ему нужно… хуже, лучше — мне без разницы.
Эмпидиус: Вот именно, так как ему нужно… в противном случае… а главное он будет просто отдавать приказы… и все за него сделаете вы… сами своими руками…уходит
Иона: Давай уйдем, мне таких денег не надо…
Йосеф: Заткнись… встал ты знаешь, куда он отправился?.. учить роль… старичок – то, конечно, безумный, но не дурак, а значит, его можно будет понять… просто понять, чего он хочет
Иона: Нет, не нравится мне всё это… давай уйдем, а… « собирает» круг. Гаснет свет.
сцена 5
Темнота. Зажигается подсветка колонны. Свет белый, кабинетный. У колонны Эмпидиус.
Эмпидиус: Ты тоже считаешь, что это игра и не более…
Мария: Я?.. разглядывает зарождающийся свет.
Эмпидиус: А что здесь есть кто-то еще?
Мария: Ты знаешь, а он забавный… и знаешь, я не удивлюсь, если выяснится, что он действительно написал эту пьесу…
Эмпидиус: Ой, только не надо…
Мария: А мне он нравится, я уверена — он знает о своих слабостях… борется с ними… при этом понимает, что потому они и слабости, что они сильнее человека… он вас жалеет…
Эмпидиус: Жалеет… спасибо, пожалел.
Мария: Престань, тебе ведь по- настоящему-то и не было больно…
Эмпидиус: По-настоящему… по-настоящему мне было обидно… он хотел меня унизить.
Мария: Перестань…разглядывает зарождающийся свет иногда мне кажется, что он сам играет какую-то роль… но очень сложную…
Эмпидиус: Мне только не надо об этом говорить, ладно.
Мария: Ладно, ладно… Ты это есть будешь?
Эмпидиус: Нет.
Мария: Хорошо, тогда я покормлю мальчика… все про него забыли.
Эмпидиус: Пусть радуется.
Люций: несет тряпки к колонне Спасибо, спасибо… я не хочу, я сыт.
Мария: Ну, конечно же, сыт… ты растешь тебе надо есть больше… ладно, не дергайся… ты не растешь, ты вырос… ешь… ты старше всех нас.
Эмпидиус: С этим конечно можно поспорить… но по-крайней мере, красивее…
Люций: О чем это вы…
Мария: Ешь…это мы так… про себя…
Эмпидиус: Да, театральным шепотом… (отворачивается к колонне)
Мария: (перекрывает колонну от Люция) Здесь все помешаны на театральном шепоте… подводит Дюция к «лучу» ты заметил, это специальный шепот, когда говорят тихо-тихо, как бы тихо, но слышать должны все, и все слышат, но делают вид, что не слышат, и нужно угадать, когда ты слышишь, хотя как бы не слышишь, а когда ты не слышишь, хотя слышишь… не всем и не всегда это удается…
Люций: отворачивается от «луча» А тебе?
Мария: Ну… женщинам это удается, потому что только этим они и занимаются — угадывают неугадываемое…
Люций: Поэтому-то они и умнее мужчин, да… направляет «луч» на Марию
Мария: Ну, да…
Люций: Как ты думаешь… я смогу…
Мария: Что?
Люций: Угадывать.
Мария: Зачем тебе это?
Люций: Мне… в общем, мне нравится, что они делают… входит в «луч»
Мария: Насчет угадывания я пошутила… убирает «луч» Ты, что хочешь стать как они…
Люций: Не знаю, может быть…
Мария: Этому нужно учиться.
Люций: Я готов.
Мария: Ладно, мы что-нибудь придумаем… иди. «гасит» подсветку колонны
Эмпидиус: Он — хороший мальчик…
Мария: Что? отходит от колонны
Эмпидиус: рассматривает колонну Он как — будто повзрослел…
Мария: Даа…
Эмпидиус: Сколько же времени прошло?..
Мария: Немного…
Эмпидиус: Он как королевич… отворачивается от колонны германик… вонючие, грязные, но все равно что-то в них есть царственное, такого отмыть принарядить… он может действительно стать хорошим… актером… или любовником…
Мария: Именно об этом он и попросил…
Эмпидиус: Неудивительно… к колонне он быстро во всем разобрался, а ведь был замарашка замарашкой… признайся, это ты его тайно обучаешь?
Мария: А почему бы и нет…
Эмпидиус: Сколько лет было твоему мальчику?..
Мария: Двенадцать.
Эмпидиус: Понятно, что сердце твое дрогнуло, когда ты увидела этого… а сейчас, когда он отъелся, кого он тебе напоминает… я, кажется, догадался… папашу мальчугана…таким ты его увидела первый раз.
Мария: Ты что?
Эмпидиус: Учти, старику это может не понравиться… я хороший актер, меня трудно обмануть… я бы хотел, чтобы вы со стариком это запомнили и руководствовались бы этим впредь… запомни, если что, я смогу отомстить… (резко бьет в ладони) ну, и где эта дурацкая роль… надо учить, учить и учить… бьет в колонну. Темнота.
сцена 6
Темнота. Зажигается свет, это «багровая» подсветка колонны.
СТАРИК, МАРИЯ
Мария: Они считают, что ты всё выдумал, что ничего этого нет и быть не могло…
Старик: Рассматривает колонну Я заметил.
Мария: Может им надо всё объяснить… подоходчивее… и тогда они сыграют…
Старик: Я не хочу, чтобы они играли… они плохие актеры… ты видела это сама… что они могут — прожить и умереть… но боюсь, что и там, и там они сфальшивят… в силу профессии… ну и потому, что по-другому не умеют… ты уже выбрала кого-нибудь из них?
Мария: Нет, ты что?
Старик: Ясно… вместо того, чтобы мечтать о твоем теле, они мечтают о роли первого любовника… мечтатели… они всегда были мечтателями.
Мария: Ты сам их выбирал.
Старик: Да уж, конечно… отворачивается от колонны винить некого…
Мария: Тебе совсем необязательно мечтать…
Старик: Обязательно… я хочу честной борьбы… пусть это будет победа разума… чистая победа… без всех этих… уловок, хитростей… неразрешимых тонкостей…
Мария: Мне кажется, тебе это нравилось.
Старик: Нравилось?.. подошел подошел я что умер?.. нравилось… мне это и сейчас нравится… не умер!.. или ты уже плачешь на моей могиле… не рановато ли?..
Мария: Ты противоречишь себе…
Старик: Себе!!!
Мария: Да, господин…
Старик: Скажи им, что сейчас начинаем. Общий свет. Танец «марионеток»
сцена 7
Танец «марионеток»
Эмпидиус, Люций, Старик, Иона, Йосеф, исайя.
Эмпидиус: «бросает» танец Не знаю, у меня все равно ничего не получается я не вижу слов… слов нет… как это можно не понять?.. а вы…на вас же смотреть нельзя… это же мука, нечеловеческая мука…
Люций: от «фосфорисцирующей» колонны Я бы мог попробовать…
Старик: Что?..
Эмпидиус: Ты?..
Йосеф: Что?
Люций: Ну, пока он не приедет…
Иона: Кто не приедет?.. о чем он говорит?..
Старик: Он?..
Люций: Ну… свет колонны гаснет тот, кого вы ждете, я понял, что он должен подъехать… вот-вот… но пока его нет, а он же будет, да?.. я бы мог попробовать… вместо него…
Эмпидиус: Идиот.
Старик: Оставьте нас…
Иона: Ну, слава богам, гасит свет наконец-то, все теперь сдвинется с мертвой точки…
Йосеф: Мертвой…
Эмпидиус: Идиот.
Иона: Идиот?
Эмпидиус: Идиот!.. идиот… идиоты…«включает» свет старик уже сдался, нужно было еще потянуть немного и всё… он понял, что из его затеи ничего не вышло… но мы — то свою часть договора выполнили, а приехал – не приехал… кого он там ждет… нас не касается, нам все равно, мы свою работу выполнили… нам осталось три дня, и получили бы деньги, и ушли бы отсюда… ты ведь этого хотел…
Иона: Этого…
Йосеф: Надо что-то придумать…
Иона: А может… может не надо, а… пусть всё идет как идет…
Эмпидиус: Ну, нет… не на того напали.
Иона: Почему всё время после разговоров с тобой мне хочется все бросить и бежать отсюда…
Эмпидиус: Нам нужны декорации…
Иона: Что?
Эмпидиус: Завтра мы скажем ему, что нам нужны декорации…
Йосеф: Нам не нужны декорации.
Эмпидиус: Нужны…. если он хочет, чтобы мы подыгрывали теперь мальчишке…мы будем подыгрывать, но если он не успеет до двадцать шестого, двадцать шестого, мы по договору получаем деньги, и … только он нас и видел… я, наверно, послушаюсь тебя, и мы уйдем отсюда, нет, уедем, мы наймем лошадей…гаснет свет
Иона: О, боги!
Резкий свет прожектора, в луче – ГОСТЬ
Йосеф: Ты кто?
Гость: Не бойся… передвигает «луч» я не из тех, кого ты так истово призывал, хотя путешественник это всегда немного посланник богов… правда, ему не до конца обычно известна воля пославших его… но судя по всему, и вы в неведении желаний всевышних… передвигает «луч» на колонну. Колонна «фосфорицирует»
Йосеф: Мы актеры…
Гость: Я это увидел.
Иона: Мы просто репетируем…
Гость: Понятно, понятно…
Иона: Это вас ждет хозяин?..
Гость: Может быть… передвигает «луч» на Йосефа нет, конечно, вы можете мне указать дорогу к постоялому двору… но уже поздно… «играет» я был бы признателен вашему … хозяину за стол и ночлег… передайте ему, что я заплачу.
Йосеф: Пойдемте, я провожу вас к дому… гасит свет
сцена 8
Иона, Эмпидиус, Йосеф, Исайя. – это больные в очереди, перед кабинетом, свет колонн зеленый, коридорный.
Иона: Я не знаю, чего он добивается… у нас не все получается, но ведь он нарочно путает… он чего-то требует, требует… мы это делаем и превращаемся в каких — то идиотов.
Эмпидиус: Престань… все очень просто… он сам не знает что творит.
Иона: Не знаю, мне кажется… знает… и мне страшно.
Йосеф: Заткнись… надоел уже со своим нытьем…
Иона: Почему мы не ушли в самом начале
Эмпидиус: Почему?.. потому что он захотел денег, я – славы, а ты… ты вообще…
Иона: А что… ну если вам не нравится, я могу молчать…
Йосеф: Вот и молчи
Иона: Могу… только я вам скажу… на самом деле вы тоже боитесь и вашими разговорами – не разговорами вы прикрываете страх… вообще, кто он такой?.. вы боитесь его, а надо подойти и спросить…
Эмпидиус: Зачем все усложнять лучше пойди возьми вон палку и отдубась себя… сам же можешь и выбрать сколько тебе положено палок, не волнуйся, он назначит больше.
Йосеф: А лучше принеси ее мне, уж я то отделаю тебя от всей душу
Эмпидиус: И заодно отдай штраф Марии…
Иона: Штраф… и эта …. Мария… кто она… откуда она взялась… вы перед ней на цырлах, а она — стариковская блядь… прибилась тут… а вам только это и надо, а если она не блядь… если она здесь самая главная, если она здесь всем и заправляет…и никакого старика-то и нет… кидается « на колонну. Подсветка гаснет, свет снизу(яркий, бирюзовый) на Старика
Старик: Потрогай меня, не бойся… я не исчезну… ведь я не исчез, да?..
Иона: Боги, о, боги!!!
Старик: Я думаю, всем надо успокоиться… поворачивается, отключает яркий свет я распоряжусь, чтобы вам вечером выдали флоренского… позовите мне мальчика…
Эмпидиус: Зачем…
Старик: Что, что?.. включает свет
Иона: Мы идем, хозяин…
Старик: Я наверно оглох… я не расслышал фразу…«играет» фразу, которую я все-таки сказал, да? – давайте сейчас вместе, сообща обсудим мое приказание…
Йосеф: Хозяин, мы уже идем…
Старик: «играет»Или я не говорил её, значит, её сказал кто-то другой … значит, её сказал… Кто?.. кто еще здесь?.. чей голос ты слышал?..
Иона: Хозяин…
Старик: Ты не ответил мне… чей голос ты еще слышишь?..
Йосеф: Хозяин, он не слышал ничего…
Эмпидиус: Ничего не слышу, хозяин.
Старик: Десять палок… и лишить ужина. выключает свет. Темнота
сцена 9
над сценой снова – «голая лампочка»
Йосеф: собирает тряпки Тебе-то зачем все это…
Мария: Мне совершенно незачем.
Йосеф: Тебе — то это может и не зачем, но тем, кто стоит за тобой…
Мария: За мной?
Йосеф: Только не говори, что ты простая и обыкновенная…
Мария: Я простая и обыкновенная.
Йосеф: …и что ты не знаешь, чем все это закончится…
Мария: Чем это должно закончиться?..
Йосеф: Не знаешь… «играет» она не знает… боги, но если она не знает, то кто?.. никто и, значит, тебя нет…
Мария: Я есть.
Йосеф: Мне это говорила она… берет тряпки и она была уверена, что этого достаточно… я есть… мы есть…
Мария: Ты любил ее?
Йосеф: Нет, нет, нет… ты не она… ты не она… не она…
Мария: Не она.
Йосеф: Не прикасайся ко мне… перебирает тряпки
Мария: Хорошо… я не прикасаюсь…
Йосеф: Ты лжешь … ты всегда лгала…
Мария: Я не прикасаюсь.
Йосеф: зачем ты все время лжешь… перебирает тряпки
Мария: Я не лгу.
Йосеф: Лжешь, лжешь.
Мария: Я не прикасаюсь к тебе…
Йосеф: Да, да, да… перебирает тряпки
Мария: У тебя все хорошо…
Йосеф: Нет, нет, да … нет, она не любила меня… нет, она, конечно, думала что любит, она, конечно, думала, что любит… мы купили новое зеркало… она видела в нем себя, она видела в нем меня… она никогда не видела нас, даже если мы стояли рядом… рядом у этого проклятого зеркала…у меня были деньги… они сказали что медные зеркала с острова - это здорово… неправда… все это знали… а надо-то было увидеть меня рядом с собой в этом дурацком зеркале… на что ушла жизнь…
Старик: от колонны Это сложный вопрос… боюсь тебе на него никто не ответит… тем более, мы… даже если очень сильно постараемся… в чем я не очень уверен.
Йосеф: Почему нет?..
Старик: Ты мастер по части сложных вопросов… Что есть истина… подсветка колонны постепенно постепенно гаснет
Йосеф: Даа…
Старик: Разве мы оба не знаем, что она лишь условный термин, за которым ничего не стоит… подсветка колонны гаснет
Йосеф: Мы оба…
Старик: Оба. резкий свет внутри колонны
Йосеф: Кто?
Старик: Призраки, Йосеф, призраки… удивлен?.. а что разве к тебе не являются призраки в полночь… призрак убиенной жены….
Йосеф: Она… кем?.. моя жена?..
Старик: Не являлась?.. ты еще молод, Йосеф… я бы сказал – юн… подсветка колонны гаснет потом ты поймешь, что все твои познания… в философии, в том числе… ничто… и тебя может спасти лишь вот такая толика холодного цинизма…
…обязательно холодного, Йосеф… холодный компресс освежает лицо, а его нужно освежить, Йосеф… иначе на нем так и застынет это выражение… словно ты увидел не меня, а свою жену… так значит, говоришь ты её не убивал…
Йосеф: Кого, хозяин?
Старик: Ну-ну, Иона… я – не она… резкий свет на Йосефа она бросила тебя… сбежала с молодым актером…
Йосеф: Я не знаю, хозяин я проснулся… их уже не было…
Старик: И ты кинулся сюда, чтобы здесь в пустыне найти их… очень смешно, Йосеф… очень смешно. гасит свет.
Акт2
Сцена10
Темнота, включается первый прожектор. В луче — 1-й актер, танцует. Второй прожектор – на второго актера — танцует, третий… Высвечены все, танцуют…
Гость: оборачивается к залу О, мир вашему дому, господин…
Иона: Хозяин, ничего что мы…
Гость: Я на себя взял смелость угостить этих добрых людей фалернским…
Иона: Совсем немного, хозяин…
Старик: из прохода зала Нет-нет, ничего… я надеюсь, вы не забудете — завтра у нас репетиция…
Иона: Нет, нет, хозяин…
Йосеф: Помним, конечно…
Иона: Нет, нет, не забудем…
Старик: Ну, уж постарайтесь….
Гость: Я не все правда понял, но мне понравилась ваша задумка… а потом вы, конечно, тронетесь в Рим …
Старик: В Рим?.. да, наверно…
Иона: Конечно, Рим, конечно, конечно, Рим…
Йосеф: садится Действительно, почему не Рим…
Иона: Конечно, конечно Рим…
Гость: Покорить римскую публику это высшая удача… вот ради чего стоит и попробовать, вот ради чего можно поломать голову…
Эмпидиус: Да, уж поломали… отошел
Йосеф: Рим… почему бы не Рим…
Старик: Покорить римскую публику… не выходя из прохода, к залу я не знаю более смешной цели… для этого надо просто покорить Рим…
Гость: Да уж… публика у нас еще та…
Эмпидиус: Ничем не хуже…
Иона: Ну не скажите…
Эмпидиус: обернулся, перебивая Ну и что Рим?.
Гость: Рим скушен… карлики выдают себя за великанов, не очень-то сами в это верят, но очень удивляются, когда выясняют что и остальные не очень в это верят и обижаются, а еще римляне все поголовно верят в чудеса… в большой моде знахари, мудрецы и прорицатели… ну, и естественно все поголовно ненавидят Понтия Пилата …
Иона: Кого?
Гость: Понтия Пилата…
Иона: Это кто?
Гость: Прокуратор Иудеи.
Иона: А-а…
Гость: Проморгал одного лекаря… уж такого искусного, таких больше не было и не будет… Тиберию наложением платка лекаря излечили гнойные струпы… неизлечимые… хотя непонятно, зачем это нужно было делать в Риме струпья – знак отличия императора, ведь эти помазанники одним миром мажутся…
Йосеф: Хахаа…
Гость: Ну, вот струп исчез, Тиберий рвет и мечет … где лекарь?.. нету, где Пилат… подать его сюда, а тот не будь дураком… вжжить себя ножичком… лекаря-то он на кресте удавил… и концы в воду…
Эмпидиус: Удавил или, все-таки, его распяли…
Йосеф: Да какая разница…
Старик: из прохода Из-за лекаря?..
Иона: А что?.. вполне возможно… вот у нас был тоже курьезный случай…
Йосеф: Ерунда это все…
Гость: Может и ерунда… только Тиберий рассвирепел, приказал бросить тело Пилата в Тибр, но вода не приняла и выплеснула богомерзкое тело…
Старик: Богомерзкое?..
Гость: Выплеснуло… ну, да… Тибр вышел из берегов и затопил левый берег…
Йосеф: Совпадение.
Гость: Если бы так… я сам на этом деле пострадал… деньги, отложенные мной на налог вместе с товаром, который я оставил в Критских складах… как корова языком слизнула
Йосеф: Ну да корова… покажи нам эту корову… небось побрякивает….
Гость: Что?.. богами клянусь…. потом бросали в другие места… и — тот же результат – не принимает…
Йосеф: Да, не повезло парню, которому поручили старика притопить… небось, думал — минутное дело, к ужину уже будет дома.
Старик: идет к колоне, включает свет С чего ты решил, что Пилат старик…
Эмпидиус: Ну да… прирезал б он себя, если бы впереди маячила хоть какая-то перспективка… отворачивается все они – храбрецы, когда выбирать не из чего…
Старик: Все это кто?..
Эмпидиус: Да старичье ваше… поворачивается лицемерие и непоследовательность вот имя им…
Старик: Лицемерие… а в чем они, в чем мы непоследовательны…
Эмпидиус: В чем, в чем… когда распинал, небось о благе государства рассуждал, за порядок беспокоился… радетель, а на самом деле он кто…
Старик: Кто?..
Эмпидиус: Мелкий чиновник, которому начальством официально разрешено совершать преступления…
Иона: Распять бунтовщика – преступление?
Эмпидиус: Тебе же говорят — лекарь…
Йосеф: Да лекарь… днем лекарь, а ночью бунтовщик, все они, в конечном счете, периметр лучалатаны.
Старик: Понтию Пилату было чуть за сорок…
Гость: Ха, ему было сорок шесть лет.
Старик: Ну, может быть… так ты знал его?
Гость: Знал… никчемный был правитель…
Старик: Я думаю, у него просто была плохая должность.
Гость: Ерунда… при всем моем уважении… во-первых, он умудрился оскорбить религиозные чувства, ни кого-то – фанатиков… что он не мог догадаться, что они оскорбятся… мог… штандарты с изображением императора развесил… ах, везде развешивают, но не в Иерусалиме… это же ежу понятно… вздумал строить акведук… хорошо… не хватило средств, взял храмовые деньги… нормально… все так делают, но не в Иерусалимском храме, это же… евреи… знал же, что будут вонять…что с водопроводом, что без водопровода… тебе – то зачем нужен этот акведук… антисанитария, да антисанитария, а спасибо кто-нибудь скажет… не скажут… и уж верх имперской мудрости – устроил напоследок резню этим копателям священных сосудов…что ему горы было жалко… пусть копают… неет… окружил себя головорезами… у него один… этот Крысобой знаменитый… чего стоил… он ударом хлыста отбивал человеку внутренности…. Никакой меч не нужен…один удар, один рубец на спине, а человек к вечеру умирает…
Йосеф: На себе не показывай…
Иона: Один рубец?..
Йосеф: А что же они резню-то устроили… каждому по одному удару, к вечеру все бы евреи сами бы и передохли… нашему бы старику такого Крысобоя… кстати, (к Эмпидиусу) а у тебя-то сколько времени прошло с тех пор…
Иона: Что-то ты плохо выглядишь
Йосеф: Сбледнул…
Эмпидиус: Идиоты…
Гость: Наместнички типа вашего Пилата для всех этих прорицателей — просто подарок… ори на каждом углу — империя погибнет… и не ошибешься…. Нынче у нас каждый может быть пророком… впрочем, какая это империя… Рим и его окрестности.
Йосеф: Кому-то в Риме ты, видимо, сказал об этом…
Эмпидиус: И поэтому так заторопился, что левый сандалий на правую ногу надел…
Гость: Где… скажешь тоже… где сандалий, а где Рим…
Йосеф: Купился, ха… с тебя еще фалермского…
Гость: Я не против… купили… где этот Рим… я добавлю…только учтите, хозяин ваш строг, так что под вашу ответственность… если что… я умываю руки, как говаривал по утрам ваш Пилат….
Старик: Пилат не говорил — я умываю руки…
Гость: Как?.. почему?..
Старик: Он сказал…
Гость: Но откуда это можешь знать ты… ты, что был там…
Старик: Но ведь и ты был там… и ты хочешь сказать … ты не узнаешь меня?..
Резкий звук удара, резкий общий свет.
Гость: Тыы…
Старик: Ты не узнаешь меня… ты не узнаешь Марка Крысобоя…
Гость: Марк?.. но ведь говорили, что ты – великан…
Старик: Говорили… наверное… врали…
Иона: Это шутка…
Йосеф: Ха…
Эмпидиус: Ха…
Гость: Ха…
Старик: Я думаю, одной корчагой вина ты не отделаешься, даже если это настоящее фалермское, в чем я уже сомневаюсь…
Гость: Так это шутка…
Йосеф: Шутка, шутка, идем…
Гость: А вы говорили, что он не актер…
Иона: Странно… а ведь мы играем практически тоже самое, по другому, конечно…
Эмпидиус: Бывает… это называется… бродячий сюжет…
Йосеф: Бродячих сюжетов не знаю, бродячих собак знаю, бродяг этих, лекарей ваших знаю… им просто не сидится на месте… вот в конечном итоге они и получают то, что заслуживают… а нож или крест какая разница…
Эмпидиус: А ты попробуй, узнаешь…
Иона: И попробуй
Йосеф: И попробую
Эмпидиус: Давай-давай…
Йосеф: А ты меня не торопи…
Эмпидиус: Да нужен ты мне…
Йосеф: А ты мне… Старик смотрит вслед, гасит свет
Сцена11
Резкий верхний свет. на сцене лючий, читает
Старик: Что ты здесь делаешь?..
Люций: Читаю, господин…. Мне кажется, у меня не все получается с ролью… я не так хорошо знаю свои слова, как остальные… может вы порепетируете со мной… ну, хотя бы до обеда.
Старик: Кому из них пришла в голову эта мысль?
Люций: Никому… я действительно… встал, убрал листы за спину
Старик: То, что ты делаешь, ты делаешь лучше всех…. И ты это прекрасно знаешь… если не знаешь, то чувствуешь… по крайней мере, должен чувствовать, потому что ты – талант, и они это тоже прекрасно знают… поэтому, отправляя тебя ко мне… я не знаю, на что они рассчитывают…
Люций: Нет-нет, я сам… действительно, сам…
Старик: Тем хуже … они даже не собираются по обыкновению врать и изворачиваться… ты, конечно, добрый мальчик… и поэтому их поступок вдвойне подл…
Люций: Это не они… это, действительно, я…
Старик: Хорошо, если это тебя больше устраивает… в таком случае, подл и их непоступок…
Люций: Но они хотят, они хотели придти…
Старик: Что-то им помешало, да?..
Люций: Да.
Старик: Страх перед наказанием, хотя какое это наказание… так игра… в конце концов, ведь действительно среди вас нет Марка Крысобоя… и они посылают тебя… ладно, не посылают, но знают, что ты пойдешь, знают, что пошел… как ты думаешь… что они делают сейчас… спят, и похмельный их сон тревожен, но не потому, что их мучает совесть, а потому, что они вчера много выпили фалермского…а ты мне врешь…
Люций: Я не вру … а если да… то совсем не много, и от этого никто не проиграет… я буду лучше знать роль, они выспятся и будут лучше играть…
Старик: Они не будут играть лучше… может только несколько первых минут, веселые от понимания того, что хитрость их удалась…
Люций: Они здесь не причем…
Старик: Ты все взял на себя, потому, что ты — добрый мальчик… за доброту и будешь наказан… потому что я не смогу не наказать тебя… репетиция сорвана…
Люций: Хорошо.
Старик: Я должен буду наказать тебя.
Люций: Да, я понял.
Старик: Ты не спрашиваешь — почему…
Люций: Нет, я знаю… потому, что это главное условие…
Старик: Главное условие чего?..
Люций: Я не знаю…никто не знает.
Старик: Иди…я распоряжусь… десять палок. гасит свет
сцена 11а
Темнота. - включается первый прожектор. Луч — на1-го актера, тень танцует. Второй прожектор – на второго актера – тень танцует, третий… Высвечены все, танцуют тени…
У колонны – Старик
Мария: кладет руку на плечо, убирает руку Отмени…ну, хорошо… кому ты хочешь что доказать?.. им… мне.
Старик: Я никому ничего не доказываю… я просто ставлю спектакль… у меня не лучшие актеры, но других у меня нет… я и тебя выбрал сам…мне некого винить…и не перед кем оправдываться…
Мария: Тебе надо успокоиться…
Старик: Я совершенно спокоен.
Мария: Не надо… я тебя слишком хорошо знаю.
Старик: Это, наверное, и есть моя главная проблема – все меня слишком хорошо знают…
Мария: Я не сказала — все знают тебя хорошо, я сказала – я знаю тебя хорошо… но я не могу понять, для чего ты это все делаешь…
Старик: Как он сказал?.. все предопределено…
Мария: Что предопределено?.. этот мальчик…
Старик: Мальчик?.. сколько ему лет…
Мария: Ты сумасшедший…
Старик: Кто мне еще не говорил здесь об этом… ты…
Мария: Господи, они то здесь при чем… ты сошел с ума, ты сошел с ума…
Старик: Я?.. точно?.. а ты знаешь… а меня это состояние не слишком-то напугало.
Мария: Потому, что ты всегда был сумасшедшим…
Старик: Нет, до встречи с тобой я не был сумасшедшим, когда мы расстались, я не был сумасшедшим, когда мы встретились в этот раз…
Мария: Второго раза не было… и мы не расставались с тобой… ты всё это придумал.
Старик: Зачем?
Мария: Я не знаю…
Старик: Они могут уйти… ты тоже можешь уйти.
Мария: Ты знаешь, что я не уйду.
Старик: Скажи им, если не нравится, они могут уйти… я оплачу им дорогу… Мария гасит свет
Сцена12
Попеременно включаются и гаснут три прожектора, высвечивая Актеров.
Эмпидиус: Я так и знал все эти пьесы, эти разговоры – всё это — хрень собачья…
Иона: Так… я не понимаю, чего он хочет…
Йосеф: Чтоб мы отказались от денег, идиот.
Эмпидиус: Голову даю на отсечение — это он тогда перед репетицией пацана долбанул, чтоб на нас свалить… а теперь получите еще… не нравится, хорошо… договор расторгаем и денежки ваши тю-тю…
Иона: Ой, не нравится мне все это…
Эмпидиус: Хватит… всё… я его вычислил… я все не мог понять, зачем ему все это надо…кто он… я даже поверил, что ему пьеса нужна… ты тоже еще — рваный стиль, рваный… сука он рваная…нет, не было там ничего… развлекался, и девка с ним заодно, и пацана запасли заранее…
Йосеф: Точно, это же она его сюда привела.
Иона: Ты что?.. он же за нас пошел просить…
Эмпидиус: Пошел, а ты его об этом просил?.. нет?.. все … не дождутся…
Йосеф: Нет, а я бы поддал, но всем… забрал бы деньги и ушел.
Эмпидиус: А ведь ничего не будет…
Иона: Как?..
Эмпидиус: А что?.. вы не поняли… ничего…. он доведет все до развязки, а потом сунет деньги, и скажет — уматывайте, и мы все…. обделанные поплетемся под его усмешечки… тем более, если ты прав, и пацан его… пожалеет… может там, в глубине надеется, нет, скорее мечтает, что кто-то из нас не выдержит, и какую то часть денег он сэкономит…для этого он и придумал, чтобы мы все принимали участие в наказании…
Иона: То есть?
Эмпидиус: Что то есть?.. каждый ударит по два раза…
Иона: Мальчика?
Йосеф Мальчика, мальчика, идиот.
Эмпидиус: Он на это и рассчитывает, что мы будем сейчас пускать сопли и пузыри — ах, мальчик, мальчик…
Йосеф: Точно …мальчик такой же актер, как и мы.
Иона: Нет, подождите… старик что-то задумал… не может быть, чтобы всё было так просто.
Эмпидиус: А кто тебе сказал, что просто…
Иона: Ну, да… ведь мы же можем бить в пол — силы…
Эмпидиус: Точно идиот… а кто собирается бить в полную силу… конечно в пол — силы…но ему не нужно, чтобы ты ударял, ему нужно, чтобы ты согласился…
Йосеф: Да я соглашусь…
Иона: Ударять же будем в пол-силы.
Йосеф: Мда… в общем, в этом есть резон…
Эмпидиус: Вы с ума сошли… ведь он из нас делает своих солдафонов – приказал, побежали, приказал, наказали…
Йосеф: Не нужно было выдрючиваться – я артист, я артист… вот теперь играй…
Иона: Он что военноначальник?..
Йосеф: Идиот… он старик, но сумасшедший старик, который обиделся на нашего красавчика, а у стариков память на обиды долгая…
Иона: Он говорил, что память нужна человеку для того, чтобы… боги я забыл… ну всё это конец…
Йосеф: Забыл?.. ну все готовься… следующим после пацана будешь ты…
Иона: Я… а откуда старик узнает?
Йосеф: Я ему скажу.
Иона: Зачем?
Йосеф: Ну, точно идиот… я шучу.
Иона: Боги, мне страшно….
Йосеф: А мне холодно…что мы повскакивали в такую рань…
Иона: Может переговорить с Марией…
Йосеф: Зачем?.. со стариком все ясно…деньги я свои получу… если ему с ними легче расставаться, плюнув в меня… пусть плюнет, пусть потешится перед смертью.
Иона: Как перед смертью?.. ты думаешь, его могут убить…
Йосеф: Убить… он сам сдохнет, он старик…
Иона: Он не старик… он еще говорил — великое множество разумных существ обитают на бесчисленных планетах и повторяют в мельчайших деталях истории земных людей, каждый наш жест…
Эмпидиус: Идиот, это пифагорейцы…
Иона: Пифагорейцы обитают?..
Эмпидиус: Идиот, пифагорейцы это придумали… ну ты совсем тронулся.
Иона: Не знаю, может, тронулся, но я всегда говорил — надо было уехать…
Йосеф: Уезжай… всё… ты мне надоел…. Но не вздумай нас ждать в городе в надежде, что я притащу тебе твою часть… тем более что её не будет… он тебя вычистит…
Иона: Господи, когда же все закончится…
Йосеф: Вечером…все закончится вечером… торопливо обходит сцену, гасит свет
Сцена13
Темнота. Зажигается подсветка колонны. Свет белый, кабинетный. У колонны Иона.
Иона: (быстро, почти не глядя на Марию, выговаривается) Мне страшно… для людей это очень сильное испытание… ведь человек слаб… он сам говорил об этом…
Мария: (немного отстраненно, она «в себе», но во время разговора всё более внимательна, открывая для себя, как бы заново, человека, в конце разговора – опять отстранена, понимая, что эта исповедь не для нее, для другой Марии) Кто?
Иона: Старик, что разве нет?.. значит, я опять что-то напутал… может именно сейчас я понял, как я их сильно люблю…
Мария: Кого… этих…
Иона: А… нет, нет… ты не права…и Эмпидиус, и Йосеф… они, конечно, хорошие люди… в чем-то несчастные, но мы все в чем-то несчастны… они чуть больше, потому что беззащитнее, но им, конечно, и полегче…
Мария: Они мужчины.
Иона: Они актеры…
Мария: Ах, актеры…
Иона: Нет-нет… нет, ты не права, ты не права…
Мария: Ладно, хорошо… я поняла… ты понял, что сильно любишь…Кого?
Иона: Аа… мы же не врем, мы, действительно, актеры… ну может не такие хорошие… но я однажды был хором… это очень ответственно…я разговаривал с самим Матиасом… меня, конечно, потом заменили… но я справился… тот, на кого меня заменили, он, правда, был хаарошенький… (оглянулся) ну, ты понимаешь… (к колонне) я, конечно, таким успехом не пользовался… но матроны меня приглашали… не часто… потом совсем не часто, но кое-что перепало… я потом как- нибудь мог бы рассказать… но они были очень и очень…. не первые красавицы, но очень и очень… а мои перед зеркалом дома: — (играет) «а я ведь еще ничего, Иона, а ведь дочка у нас красавица, Иона посмотри — вся в меня…», а я — себе: — «молчи, Иона, молчи, потом тебе это зачтется…», (обернулся) не зачлось, ну, это не важно… вот может сейчас и зачтется… но я хотел не об этом… хозяин к нам относится как к ничтожнейшим из ничтожнейших… но мы не хуже, конечно, и не лучше… как все… те, кто чуть побогаче – чуть подобрее… чуть победнее – не такие добрые, но главное — мы не злые…
Мария: Я понимаю…
Иона: Совсем не злые…
Мария: Я знаю…
Иона: Я пойду…
Мария: Иди…
Иона: Мы не злые… ты слышишь?..
Мария: Слышу.
Иона: (к колонне) Мы не злые… свет в колонне гаснет. Темнота.
Сцена 14
Темнота. - включается первый прожектор. В луче — 1-й актер, танцует. Второй прожектор – на второго актера — танцует, третий… Высвечены все, танцуют… у колонны – Старик
Йосеф: Идущие на смерть приветствуют тебя, цезарь…
Эмпидиус: Верные слуги твои готовы выполнить любой твой приказ… или великий Эврипид хочет, чтобы мы немного порепетировали… по обыкновению… можно опять начать с меня или о, великий, жаждет более острых ощущений, и его не устраивает тело старого актера…
Старик: Вы можете отказаться….
Эмпидиус: Отказаться… мы столько времени ублажали тебя… почему бы не сделать это в последний раз… ведь завтра день окончательного расчета, надеюсь, хозяин не забыл…
Старик: Нет… мало того… Мария… они ваши… разделите, как считаете нужным…
Йосеф: А с этим что делать… с этим, с чистеньким…
Старик: Не знаю, уже поздно… ну…можете оштрафовать…
Иона: Отпустить… давайте отпустим…
Йосеф: Да ладно, не так уж и поздно…я думаю, парочка ударов послужит ему хорошим уроком…
Иона: Ты чего… зачем?
Йосеф: На память.
Эмпидиус: (подходит к Люцию) Простите, я думал, вы не сдержите своего слова, хозяин…
Старик: На самом деле это не большие деньги… я же сказал — можете взять…
Йосеф: (подходит к Люцию и Эмпидиусу) Спасибо, успеем… а ты, дружок, что приуныл?.. это же, как посвящение в актеры… ты же хотел?.. нет, ты только ори по-настоящему… пусть старик поверит, что ты настоящий актер… а ты — настоящий актер, просто я не успел тебе об этом сказать…
Эмпидиус: Ну, кто первый…
Йосеф: Эхма… ну, давай я… стрррашно…(толкает Люция, гасит свет). Темнота.
Эмпидиус «включает» свет колонны
Эмпидиус: Ну, все всё – всё… вы б так играли…подъем – подъем… на поклоны…
Йосеф: И денежку…
Эмпидиус: И денежку… но сначала на поклоны… эй…
Иона: Вы что?
Эмпидиус: Ээй…
Иона: Он не встает…
Эмпидиус: Эй, ээй, ээй…
Иона: Это обморок, да?
Йосеф: Не понял… это что?
Иона: Это обморок, да?
Эмпидиус: Этто обмаарок… приводите, приводите его в себя…
Иона: Я даже не бил…
Эмпидиус: Ну, помоги ему…
Иона: Но я даже не бил…
Йосеф: (ищет выключатель, убавляет свет) Это обморок.
Эмпидиус: Знаю, знаю… извините…. какая-то неувязочка… (прибавляет свет) ну, поднимайте же…
Иона: Эээ поднимайся всёё…
Эмпидиус: Ну что там?.. извините…
Старик: Вот так, да…
Эмпидиус: (уводит- направляет круг света на Старика) Счас, счас…
Старик: Что?.. что ОН сказал… я не понял… я не понял, что ОН сказал?
Эмпидиус: (гасит свет, в темноте) Ничего…
Старик: Почему ничего?
Эмпидиус: Я не знаю…
Старик: А кто… кто знает?.. (луч – на Эмпидиуса) ты, ( – на Йосефа) ты, ( – на Иону) ты?.. нет… тогда почему вы здесь, рядом с ним… ведь это вы, вы, вы все… ненавижу!.. НЕНАВИЖУ!!
Мария: Идиот…
Старик: что, что ты сказала? (луч – на Марию)
Мария: он никогда не придет… ты зря его ждешь… и зря ты боишься… и зря убил мальчика…
Старик: я… я… ты в своем уме это они… они убили его…
Мария: они? они бы сделали это для тебя бесплатно… ты зря подстраховался деньгами..
Старик: ты не права… («убирает» луч, в темноте) это большие деньги…
Мария: они бы сделали это и за половину, может даже за треть… скорее всего за треть — им было бы тогда всё понятней… хотя сумма вознаграждения это просто величина твоего страха… ты зря боишься… это тебе нужно прощение… ему нет… ему нет необходимости прощать тебя… он забыл про тебя… и он не будет отвечать на твои вопросы…
Старик: ты… ты знаешь кто?..
Мария: ну…
Старик: ненавижу, ненавижу… вон отсюда …все вон.
(луч – на Йосефа)
Йосеф: хозяин, извини, но договор…
( луч – на Иону)
Иона: никто не хотел этого хозяин… мы просто выполняли договор…
(луч – на Йосефа)
Йосеф: это не наши проблемы…
( луч– на Иону)
Иона: можно мы уйдем, хозяин…
Старик: идите, забирайте деньги.
(луч – на центр сцены)
Иона: (осторожно входит в круг) мы их возьмем, хозяин… простите… это действительно ваши проблемы.
Эмпидиус: мы не должны их брать…
Йосеф: ( входит в круг) не слушайте его хозяин… я вам скажу - от баб всё зло…
Иона: деньги не приносят счастья, хозяин… лучше, если мы их заберем… мы должны их забрать… это будет справедливо.
Старик: Справедливо? и вы говорите о справедливости.
Йосеф: я понимаю это какая-то игра, хозяин… в сущности, мы плохие актеры… мы возьмем деньги и уйдем…
Старик: вы? у меня? ничтожества…
Йосеф: ну, останови нас. Где твои центурионы, старик… я всегда говорил надо писать мемуары, старик… мемуары надо писать… надеюсь, тебе хватит сил… в крайнем случае, она тебе поможет… поговори с ней … бабы отходчивы… выходит из круга, отодвигает Старика, гасит свет.
Темнота.
Включается первый прожектор. В луче — 1- й актер, танцует. Второй прожектор – на второго актера — танцует, третий… Высвечены все, танцуют…
КОНЕЦ